Потенциального призывника можно насильно усадить в машину, привезти в военкомат, попутно предлагая отпустить на свободу за вознаграждение, затем угрозами и тумаками убеждать, что служить в армию он всё-таки пойдет, и при этом не опасаться ни уголовной ответственности, ни даже дисциплинарного взыскания. Такой вывод напрашивается исходя из того, что следствие в отношении сотрудников шымкентского военкомата, проделавших все это, прекращено “из-за отсутствия в их действиях состава преступления”.
Печальная история 18-летнего жителя аула Тагайна Толебийского района Туркестанской области Бехруза РАВШАНБЕКОВА получила огласку после того, как в апреле этого года парень выпрыгнул из окна второго этажа шымкентского военкомата, получив многочисленные травмы (см. “От армии — в окно”, “Время” от 23.5.2024 г.).
Вкратце напомним, что сельский парнишка, никогда не получавший повестку, был выловлен в Шымкенте сотрудниками сборного пункта. Бехруз умолял лишь отложить его призыв до осени. Но дальше в его жизни произошла такая череда событий, от которой у парня до сих пор при слове “военкомат” все внутри холодеет.
Внимания военно-следственного управления и возбуждения уголовного дела отцу Бехруза Авазбеку ГАЙНАНОВУ удалось добиться только после того, как за защиту потерпевшего взялся известный адвокат Евгений ЯВОРСКИЙ. Сначала досудебное расследование было начато по факту превышения власти, а затем удалось доказать ещё и наличие в действиях сотрудников, задержавших парня, состав преступления, предусмотренного статьей 126 УК (“незаконное лишение свободы, не связанное с его похищением”), совершенного группой лиц по предварительному сговору с использованием своего служебного положения.
К слову, за это время сам Гайнанов тоже успел побывать в роли ответчика: иск о защите деловой репутации подал в отношении его департамент по делам обороны Шымкента, после того как возмущенный отец заявил в видеоролике в соцсетях, что у сына вымогали деньги за освобождение от армии. Впрочем, иск впоследствии был отозван.
Стоит сказать, что сотрудники шымкентского военкомата предприняли попытки уладить конфликт. Несколько раз, по словам Авазбека, приезжали к нему представители военного ведомства, предъявляя извинения в форме претензий: мол, скажи, чего ты хочешь, и давай успокойся. Гайнанов стоял на своем: с его сыном поступили незаконно.
Впрочем, принципиальность отца и твердость в показаниях сына особой роли в деле не сыграли. Постановлением следователя шымкентского отдела военно-следственного управления МВД Алмаза ЖУСУПАЛИЕВА досудебное расследование было прекращено.
Составляя жалобу, адвокаты указали на массу допущенных им нарушений и нестыковок. К слову, всех тех, кого Бехруз опознал и на кого указал, по делу привлекли исключительно в качестве свидетелей. Подозреваемым никто из них признан не был.
— Следствие велось однобоко, — считает адвокат Яворский. — Выводы следователя об отсутствии состава преступления основываются лишь на показаниях сотрудников департамента обороны Шымкента, его начальника, заместителей, юриста, а также на заключении привлеченного по делу специалиста — старшего офицера департамента организационно-мобилизационной работы Генштаба Вооруженных сил. Конечно, все они были заинтересованы в прекращении расследования. Так стоит ли удивляться тому, что дело в итоге было закрыто? Следователь даже не ставил перед собой задачу проверить на объективность показания того же Еркебулана ЖАКСЫНБЕТОВА, который, по показаниям Бехруза, и деньги вымогал у него, и давление оказывал, и удары наносил.
К слову, один из свидетелей по делу, Алтынбек СЕЙДУАЛЫ, который участвовал в задержании Равшанбекова и доставке его в военкомат, не скрывал, что действительно предлагал ему выплатить 500 тысяч тенге за освобождение, но делал это якобы в шутку: мол, парень сам просил назвать ему сумму. А вообще, по словам этих самых свидетелей, Бехруз сел в машину добровольно и никто его там не удерживал насильно. Тогда к чему весь этот торг за свободу? Впрочем, следователя и тут ничего не смутило.
И потерпевшие, и их защитник сегодня нацелены на то, чтобы не только добиться возобновления следствия, но и довести дело до суда, создав прецедент.
— Такие факты не редкость, это всем известно, но ещё ни один призывник, с которым поступили так же, как с Бехрузом, даже не пытался доказать, что с ним поступили незаконно. Мы же готовы помочь таким ребятам, чтобы остановить этот беспредел, — заявляет адвокат. — Закон чётко трактует, каким образом должна проводиться призывная кампания. И там нет ни слова о том, что парней можно отлавливать на улицах, угрожать им и уж тем более вымогать деньги.
Категорически против унизительного отлова на улицах и полковник запаса военный эксперт Роман КУРМАНБЕКОВ.
— Во-первых, в функции военкоматов не входит задержание призывников на улицах — они работают только с теми, кто сам пришел на сборный пункт, — разъясняет эксперт. — Выявлять уклонистов — задача полиции, тем более в век цифровизации найти человека проще простого и без унизительного отлова. Неужели среди миллионов парней призывного возраста сложно найти тех, кто хочет служить добровольно?! Это стыд и позор, но не армия. Подготовка к службе должна начинаться со школьной скамьи, с воспитания уважения, патриотизма и желания защищать свою семью и свою страну, как бы высокопарно это ни звучало. Тогда ловить никого не придётся.
Процесс потери престижа службы в армии, по словам Курманбекова, продолжается не первый год. И восстанавливать его придётся долго на фоне чуть ли не еженедельных новостей о суицидах и прочих небоевых потерях.
— Нужно ввести мораторий: хотя бы год не ловить на базарах призывников, а отправлять служить тех, кто приходит добровольно, — предлагает Курманбеков. — Поверьте, в таком призыве моральный дух среди срочников будет крепче, различных ЧП будет меньше. Армии нужны мотивированные парни, морально устойчивые, физически и психологически здоровые, которым можно без риска доверить боевое оружие. Нужно гнаться не за количеством призывников, а за их качеством. И если с порога военкомата запугивать армией, то какого солдата мы в итоге получим?!
Тем временем с разъяснением по поимке потенциальных призывников на улицах казахстанских городов и их принудительной доставке в военкоматы решили выступить и в Минобороны. Смысл выступления заместителя начальника департамента организационно-мобилизационной работы Генштаба Руслана ОМАРОВА сводится к тому, что в отдельных случаях, когда прибытие несвоевременное, учёт затруднен и повестку невозможно вручить, сотрудники полиции уполномочены осуществить принудительные задержание и доставку. А призывная комиссия лишь определяет статус доставленного и работает с ним, если срок его призыва настал. Но эта работа точно не сводится к тому, чтобы сначала призывника хорошенько запугать, а потом отмутузить и устраивать торги за его освобождение.
Уже перед выходом материала в печать нам удалось получить комментарий пресс-службы Министерства обороны. Газету заверили, что в ведомстве понимают, что иногда у общества возникают вопросы по поводу методов работы военных комиссариатов:
— Мы готовы рассматривать любые обращения, если есть информация о нарушениях. В каждом случае, где возникают недоразумения, проводится проверка.
Алиса МАСАЛЁВА, фото автора, Шымкент