Встреча двух лидеров имела как очевидное, так и завуалированное. Второе было реализовано в том числе и в шутках
Б.АЗАР для «Аргументов недели»
Я внимательно посмотрел на эпизод, который произошёл во время визита председателя КНР Си Цзиньпина в Вашингтон, и, признаюсь, сначала подумал, что это очередная политическая шутка Дональда Трампа. Но чем больше я вглядываюсь в детали, тем больше мне кажется, что перед нами нечто большее.
24 сентября 2026 года Трамп показывал Си Цзиньпину Белый дом и, в частности, так называемую «аллею президентов». Именно там находится весьма необычное оформление, посвящённое бывшему президенту Джо Байдену: вместо традиционного портрета размещено изображение автопена, оставляющего подпись на документах. Трамп, показывая его Си, сказал: «Trump, and then Trump, and this is the autopen. Biden». Си отреагировал смехом. И вот здесь мне кажется важным остановиться.
Можно воспринимать этот эпизод просто как характерный для Трампа политический троллинг своего предшественника. Можно рассматривать его как продолжение давнего конфликта Трампа с Байденом. Но в присутствии китайского лидера эта сцена приобретает ещё один смысл.
Перед Си Цзиньпином американский президент фактически демонстрирует не только особенности внутренней американской политической борьбы, но и собственное отношение к своему предшественнику. Причём происходит это в Белом доме, во время государственного визита руководителя Китая — страны, которую сами американские власти рассматривают как одного из главных стратегических конкурентов США. Именно поэтому я бы не стал воспринимать этот эпизод исключительно как безобидную шутку. Си смеётся — но над чем именно?
На официальном уровне визит выглядел совершенно иначе.
США и Китай пытались продемонстрировать готовность к диалогу. Трамп говорил о дружбе и сотрудничестве, а Си подчёркивал необходимость поддерживать стабильность отношений и управлять конкуренцией. На переговорах обсуждались торговля, искусственный интеллект, Тайвань, Иран и другие вопросы. Но одновременно с этим происходит довольно символичная сцена: американский президент показывает китайскому лидеру визуальную шутку над бывшим президентом США. Мне кажется, именно этот контраст и делает эпизод интересным. С одной стороны — официальная дипломатия, государственный протокол, переговоры двух крупнейших экономик мира. С другой — довольно личный политический выпад в адрес собственного предшественника.
Я не могу знать, что именно думал Си Цзиньпин в этот момент. Мы видим лишь его реакцию — он смеётся. Поэтому утверждать, что китайский лидер «радовался унижению Байдена» или каким-либо образом оценивал американскую внутреннюю политику, было бы уже интерпретацией, а не установленным фактом. Но сам визуальный образ совершенно очевиден: президент США демонстрирует иностранному лидеру способ, которым его администрация представляет своего политического противника.
Для меня здесь особенно интересен и сам выбор места. Белый дом — это не просто рабочее здание президента. Это один из главных символов американской государственности. И когда в таком пространстве появляется экспозиция, посвящённая президентам США, она неизбежно становится частью политического послания. Трамп решил представить Байдена не традиционным президентским портретом, а через образ автопена. Сторонники Трампа могут воспринимать этот жест как насмешку над тем, что они считают проблемами управления в последние годы президентства Байдена. Критики Трампа, напротив, могут рассматривать его как сознательное политическое унижение предшественника. Но независимо от политических оценок остаётся сам факт: обычная президентская символика превращена в инструмент политического спора.
И всё это происходит на фоне противостояния США и Китая.
И вот что еще мне кажется примечательным. Трамп встречается с Си Цзиньпином не просто как с иностранным гостем. Китай для Вашингтона — ключевой стратегический конкурент. Между двумя странами сохраняются серьёзные разногласия по торговле, технологиям, Тайваню, Ирану и вопросам безопасности. При этом обе стороны одновременно пытаются стабилизировать отношения и избежать дальнейшего ухудшения. Именно поэтому каждый жест во время такого визита приобретает дополнительный дипломатический смысл. В этом контексте сцена с Байденом выглядит особенно необычно. Я бы не стал делать из неё вывод о том, что США каким-либо образом «унижают себя перед Китаем». Это уже политическая оценка, а не факт. Но я бы задал другой вопрос: не слишком ли далеко за пределы внутренней американской политики вышла борьба Трампа с Байденом? Одно дело — критиковать политического противника перед американскими избирателями и совсем другое — демонстрировать эту критику во время встречи с лидером страны, которую сами США рассматривают как своего главного геополитического соперника.
Трамп последовательно делает ставку на собственный политический стиль — максимально персонализированный, резкий и демонстративный. Во время встречи с Си он одновременно говорил о сотрудничестве и демонстрировал весьма личные политические символы. Причём сам саммит был действительно важным. Си Цзиньпин посетил Вашингтон впервые более чем за десятилетие, а стороны обсуждали вопросы, последствия которых выходят далеко за рамки двусторонних отношений. Поэтому лично для меня этот эпизод интересен не столько вопросом о Байдене. Он интересен вопросом о том, как американская внутренняя политическая борьба выглядит со стороны — особенно глазами руководителя другой сверхдержавы. Мы привыкли воспринимать президентские конфликты США как часть американской политики. Но когда в них оказываются вовлечены иностранные лидеры, декорации Белого дома и международные переговоры, внутренний конфликт начинает приобретать международное измерение.
В конечном счёте, я бы не стал судить о саммите только по одной сцене. Гораздо важнее реальные результаты переговоров. США и Китай договорились продолжать диалог, а среди практических тем остаются торговые отношения, технологии и искусственный интеллект. Стороны также договорились о механизме коммуникации по инцидентам, связанным с ИИ. Но символы тоже имеют значение. Когда президент показывает иностранному лидеру изображение, высмеивающее его предшественника, это становится частью политической картины эпохи. И я бы сформулировал главный вопрос так: что важнее для современной Америки — демонстрация личной победы над политическим противником или демонстрация институциональной преемственности страны?
Источник: Аргументы недели