«Гадкая сестра»: Омерзительно красивая экранизация Золушки, где ленточный червь заменяет оземпик

22 августа в Алматы стартует фестиваль женского кино Qyzqaras. В программе объединились фильмы из разных стран, многие из которых были представлены в последние годы на крупнейших мировых кинофестивалях, таких как Каннский, Берлинский и «Сандэнс». Именно на последнем показали дебютную картину норвежской режиссёрки Эмили Блихфельдт «Гадкая сестра». Сатирическое переосмысление сказки о Золушке разговаривает на языке боди-хоррора и напоминает хит прошлого года «Субстанцию».

Киновед Матвей Шаев рассказывает, почему стоит сходить на это кино и ужаснуться увиденному.

Текст Матвей Шаев

Редактура Султан Темирхан

Сюжет

Мать с двумя дочерьми — старшей Эльвирой и младшей Альмой, отправляется в замок аристократа Отто, чтобы браком с ним поправить пошатнувшееся финансовое положение. Но за скорой свадьбой следует такая же скорая смерть новоиспеченного мужа. Причём денег у должника Отто не оказалось, поэтому его незахороненный труп в одной из комнат замка оставлен дожидаться лучших времен, а вдове и девушкам снова приходится разгребать проблемы.

На горизонте появляется свет, когда принц Юлиан объявляет, что намерен выбрать на балу невесту из благородных девушек своего королевства. Считающаяся дурнушкой Эльвира верит, что настал её час — она давно зачитывается стихами принца и грезит о жизни с ним.

Прагматичная и деспотичная мать берет дело в свои руки, намереваясь превратить Эльвиру в настоящую красотку, и в ход идёт мастерство здешний Феи-крестной — доктора Эстетика, чья пластическая клиника больше похожа на пыточную.

В качестве соперницы для Эльвиры здесь выступает ещё один ключевой персонаж — дочка покойного аристократа Агнес, которой тоже необходим брак с принцем.

Страшная сказка

В «Гадкой сестре» вместо Золушки на первый план выходят её сводные сестры — совсем не противные, а такие же несчастные, как она. Сама по себе идея переосмысления старого и хорошо известного сюжета далеко не нова. Только за последние 10 лет у зрителей была возможность узнать историю колдуньи Малефисенты из «Спящей красавицы», посмотреть на происхождение Джокера и даже увидеть рождение киновселенной режиссёра Риса Фрейк-Уотерфилда, который сделал Винни-Пуха, Питера Пэна и Бэмби героями кровавых ужастиков.

Современные феминистские интерпретации сказок встречаются и в литературе — например, можно обратиться к сборнику рассказов британской писательницы Анджелы Картер «Кровавая комната».

У режиссёрки Блихфельдт, написавшей сценарий «Гадкой сестры», достаточно таланта и изобретательности, чтобы фильм не ограничивался одной идеей сюжета-перевертыша, насыщенного сексом и жестокостью для пущего эффекта.

В неумелых руках это могло бы стать простой формальностью для создания анти-сказки, однако скелет классической истории оброс мясом сразу нескольких убедительных конфликтов. Например, вынужденное противостояние Агнес, той самой Золушки, и Эльвиры не делает ни одну из них стопроцентно положительной или отрицательной. Обе — жертвы обстоятельств, возникших в том числе по вине родителей.

Или конфликт «мужское–женское», который раскрывается на всех уровнях. Например, когда успех доктора Эстетика в пластической хирургии противопоставляется страданиям его ассистенток, которым приходится выступать в качестве экспонатов его неудачных экспериментов.

Одна из основных идей «Гадкой сестры» — явное столкновение реального и вымышленного. С помощью своего продуманного, намеренно избыточного режиссёрского стиля Блихфельдт делает одно продолжением другого: в одной из сцен накануне бала Агнес видит во сне свою мать, которая с помощью гусеницы шелкопряда зашивает её разорванное платье.

А Эльвире в качестве средства для похудения выдают яйцо солитера — нескромная, но явно рабочая метафора её состояния позднее приведет к нескольким тошнотворным (буквально) сценам.

И грезы, и явь здесь одинаково абсурдны, и кажется, единственная, кто по-настоящему понимает всё — это младшая сестра Эльвиры Альма. Именно ей в финале отведена особая роль.

Норвежский лес, польские декорации

«Гадкая сестра» даёт возможность познакомиться с норвежским кинематографом, набирающим популярность в последние годы. На мировую сцену арт-мейнстрима уверенно вышли Йоаким Триер, автор «Худшего человека на свете», и Кристоффер Боргли, снявший «Героя наших снов» с Николасом Кейджем. Эмили Блихфельдт пополняет этот список.

При этом кинематограф Норвегии никогда особо не выделялся на фоне своих скандинавских соседей. Фигуры масштаба Ингмара Бергмана в Швеции или Ларса фон Триера в Дании там не было. Тем интереснее посмотреть на то, чем вдохновлялась режиссёрка: в фильме можно обнаружить следы нескольких самых знаменитых в области искусства норвежцев. Во-первых, это композитор Эдвард Григ, чья композиция «В пещере горного короля» звучит в головокружительной сцене бала, где безумие Эльвиры практически достигает пика.

Во-вторых, «Гадкая сестра» очевидно перекликается с пьесой Генрика Ибсена «Кукольный дом», главной темой которой стало освобождение женщины от навязанных мужчинами социальных рамок. В концовке пьесы протагонистка Нора больше не желает быть идеальной куклой, и экстремальный финал картины Блихфельдт говорит о том же самом.

В-третьих, вычурная, в хорошем смысле этого слова, экспрессивность напоминает не только, скажем, недавнего «Носферату» или клипы группы MGMT, но и работы Эдварда Мунка — во всяком случае, кричать Эльвире по ходу сюжета придётся не раз.

Интересно, что фильм снимался в Польше, родине режиссёра, также повлиявшего на «Гадкую сестру». Валериан Боровчик прославился как противоречивый создатель артхаусных картин в духе эротических сказочных фантазий. Ассоциации можно перечислять довольно долго — сама режиссёрка также ссылается на замечательную чехословацкую экранизацию сказки Шарля Перро «Три орешка для Золушки». Любопытно, кстати, что в этой версии Золушка не только превращается из замарашки в принцессу, но и какое-то время притворяется пажом.

Ну и сравнений с «Субстанцией» не избежать — откровенная сатира на ту же злободневную тему наделала слишком много шуму, чтобы не принимать её во внимание. Но удивительным образом у Блихфельдт на экране оказывается не винегрет из разных произведений, а вполне самостоятельное кино, остроумное и гармоничное. В общем, ничуть не противоречащее собственному посылу быть собой.

«Гадкую сестру» можно посмотреть на фестивале Qyzqaras 25 августа.

фото: Marcel Zyskind