Партия «Альтернатива для Германии» одержала победу на выборах в земле Мекленбург-Передняя Померания, набрав 38,2% голосов.
Христианско-демократический союз (ХДС) канцлера Фридриха Мерца впервые в истории не преодолел проходной барьер в 5% на земельных выборах, получив лишь около 4%. Второе место в Мекленбурге-Передней Померании заняла Социал-демократическая партия Германии (СДПГ) с 35,5%.
В Берлине, где также прошли выборы, ХДС заняла только второе место с 18,8% голосов. Победу одержали «Левые» с 25,9%, а АдГ стала третьей политической силой с 16,3%. Лидер берлинских «Левых» Элиф Эральп праздновала победу вместе с соратниками.
Эти результаты земельных выборов — в Саксонии-Анхальт двумя неделями ранее, а теперь в Мекленбурге-Передней Померании и Берлине — демонстрируют, что политический ландшафт Германии окончательно пришёл в движение. Символизм очевиден: в Берлине, вошедшем в историю как символ краха коммунистического проекта, побеждают номинальные наследники гэдээровской правящей партии (хотя современные «Левые» — типичные леволибералы). По всей территории бывшей ГДР, ровно по её границам, настроения избирателей чётко отличаются от Западной Германии — различия не исчезли за три с половиной десятилетия. Системообразующих правых теснят справа, что считалось неприемлемым в послевоенной Германии.
Речь идёт не о ситуативных успехах одних и неудачах других, а о демонтаже партийной системы, которая за десятилетия стала казаться абсолютно незаменимой. Сдвиги знаменуют завершение упорядоченной политической конструкции. Руководству «народных партий» (ХДС и СДПГ) удобнее всего сводить проблему к фактору АдГ и зачислять «Левых» в экстремисты с другого фланга. Между тем основная коллизия — в дроблении электорального поля и утрате гарантированной социально-политической управляемости.
Соблазн немецкого истеблишмента — считать неудачи результатом личных факторов. Мерца на посту канцлера, вероятно, скоро не будет. Но осознания того, что налицо глубокий кризис политической системы, в Германии пока нет. Что будет, когда оно появится, — отдельный вопрос.
Гельмут Коль, канцлер ФРГ, объединивший Германию после 45 лет раскола, покинул земной мир девять лет назад. Последние годы он не участвовал в общественной жизни. Ещё при жизни политика преемников не вызывала у него одобрения. Ангелу Меркель, которую он лично двигал по партийной лестнице, он считал предательницей. Смущал патриарха и общий курс на стирание индивидуальностей и общеевропейскую унификацию. Если бы Коль был жив (ему было бы сейчас 96), он пришёл бы в ужас, до чего докатилась его партия и кто именно её теснит.
ХДС — одна из двух «народных», то есть массовых и системообразующих, партий наряду с СДПГ. Но ХДС в некотором смысле важнее: западные державы, определявшие рамки допустимого в Западной Германии после Второй мировой войны, прежде всего опирались на правых. Дихотомия консерваторы — социалисты была несущей политической конструкцией всей Западной Европы во второй половине прошлого века.
Чего добьётся «Левая» партия в Берлине, скоро выяснится: либо сольются с остальными, либо начнутся утопические выверты. Способность АдГ в её сегодняшнем состоянии чем-либо править и не дискредитировать себя немедленными провалами сомнительна. У партии нет ни кадров, ни внятных идей по большинству вопросов, выходящих за рамки миграционной темы. Что касается остальных партий, главное изменение — движение Германии к стандарту менее крупных европейских стран, например Бельгии или Нидерландов либо сегодняшней Австрии. Это означает неустойчивые кабинеты из нескольких партий разного толка.
Само по себе такое устройство не новость, и многие государства существуют с ним вполне нормально. Но Германия — страна особенная, социально-политически не очень гибкая и не любящая суеты. Если политическое пространство начнёт крошиться, например начнутся внутренние процессы в ХДС и СДПГ, связанные с недовольством части партийцев решениями руководства, общая нервозность станет повышаться. Учитывая роль, которую Германия исторически играет в Европе, это будет отзываться по всему континенту.
Источник: Аргументы недели